Порция седьмая

Ночь поэта - 2

Уходит, наконец, очередной
День. Ночь, пытаясь отделить живых от
Не очень, из коробки черепной
Кошмарным снам проделывает выход.

Иной проспится и не вспомнит, как
Колбасило. Иной проснется, встанет,
Подержит карандаш в зубах, в руках,
Меняя в голове слова местами.

В какой-то миг я вижу всех их сквозь
Десятки стен, и как это ни дико,
Себя вдруг ощущаю, словно гвоздь,
Вдруг высунувшийся внутри ботинка...

Время лечит

Время лечит: режет и шьет; потом
Как курица лапой что-то строчит о том,
Что там было. А там, где ты была, —
Теперь пустота, затертая добела.

Я тоже пишу, избегая личных имен
И вообще всего, что напомнит о нем
И о тебе. Безличность, в конце концов,
Это то, что позволит нам сохранить лицо.

Время уходит. Просто-таки бежит.
Терять не больно — больно с потерей жить,
Держать ее на руках, прижимать к груди,
Не давая, пока есть силы, сбежать к другим...

В сравнении

Ни рая мы не создали, ни ада,
Одних примеров кучу, как не надо.
Бессмысленно достигнувших предела
Пытаться удержать и переделать.

Теряют в этом случае любые
Поступки смысл. Так, будто бы убили
Не до конца. И можно было б выжить,
Но смысла делать это я не вижу.

Давно пора. Пытаясь раз за разом
Договориться, говоря о разном,
Не слушая и не желая слушать,
Друг друга мы ничем уже не лучше...

Призраки

По сути ничего уже сюда
Не нужно ни добавить, ни убавить,
Поскольку голова ее — седа,
И далека от идеала память.

Она еще чего-то там хранит:
Возможно, верность; может — писем связку.
Пойдет налево — и заводит сказку,
И, усыпив сама себя, храпит —

Хоть надевай на голову ведро!
И не смотря на то, что на исходе
Ночь, ты встаешь и пьешь свой димедрол,
Который двадцать лет не производят...

*   *   *

Нет ничего важнее, чем этот бред,
Этот набор прошедших уценку слов.
Каждое твое действие — лишь на треть
Ради него, а в остальном — назло.

Я изучала долго этот предмет,
Эту вещь, которая не в себе.
Эту личность без особых примет,
Эту встречу (а следующая — в суде).

Нас несло по течению, и весло
Становилось бессмысленным; что ни день —
То росло и приумножалось число
Зверя в себе вырастивших людей...

*   *   *

Временами ты видишь себя в пустыне.
День пройдет, раскаленный песок остынет.
Месяц свесится вьющейся желтой прядью.
И следы затянет песчаной рябью.

День за днем так можно, куда — неважно,
Пусть держать. Когда его по бумажной
Карте проводишь ногтем, то сзади
Следы выписывают зигзаги.

Здесь не погонишься ни за зайцем,
Ни за собственной тенью. Казаться
Проще, чем быть, а поверить в морок
Можно и с тысячей оговорок...

До горизонта

Я, наверно, уже от себя сама
Устаю, скрипя на зубах песком,
Не дождусь, когда, наконец, зима,
Чтобы уйти по воде пешком.

Что ни день — ощущение, что ничем
Он не лучше вчера и позавчера,
Только меньше хочется знать, на чьей
Совести все эти вечера,

Одиночество. Лезут в окно голоса:
Со двора ли, из чужого окна.
Там, чуть дальше — город, поля, леса
И моря без той стороны и дна...

В грозу

Брызги разбитых волн смешаются с ливнем.
В грозу ощущение, будто тебя счастливым
Делают против желания; и давление
Пропорционально силе сопротивления.

После грозы как разновидности влажной
Уборки движения делаются вальяжней,
Ленивее. Веки склеиваются. Скоро
Подбородок находит точку опоры.

Исподволь лето превращается в осень,
Чье очарование под вопросом.
Боги на страже, сколько не отвлекай их
Календарем — часами для великанов.

Без пяти осень

Ландшафт так и хочется заключить
В раму окна и дорисовать
Градусник. Сжать в кулаке ключи,
Словно не помня, что их совать

Некуда. Кофе еще горчит, —
Или это фантомный вкус? —
И, расслабив ладонь, ключи
Можно бросить в терновый куст.

Потому что тебе пути
Ни вперед, ни обратно нет.
На часах уже без пяти
Осень. Скоро начнет темнеть.

*   *   *

Ты доживаешь до излома
Судьбы практически по плану.
И вот, на выдохе — ни слова,
И воздух покидает плавно

Грудную клетку — не рывками.
Бежать не надо, ты спокоен.
Смеешься вслух над дураками,
Которые кричат «по коням!..»

Куда спешить? Ведь там не лучше,
Не хуже, чем везде. И жалко
Лишь, что вот так уходит случай,
Которого полжизни ждал ты...

*   *   *

Тебя приучили уже, что все
Пройдет. Вероятно — на-
Всегда. Порастет коноплей, овсом.
Потом прорастет стена

Без окон, дверей и прочих из-
Лишеств. Все суета
Сует. Но желание плюнуть вниз
Означает, что высота

Достигнута. Или, иными сло-
Вами: куда ни пойдешь,
Все дороги твои узлом
Завязаны, а ты — нож...

Первое сентября

Тебе пора: так говорят
Часы; и первый день
Очередного сентября
Отбрасывает тень

Под нижним веком. Солнце спит.
Легко желать врагу
Спокойной ночи. Бог простит
Еще один прогул.

И колет новое белье,
И мысль зудит: пора.
И слава богу, дождь не льет
Из ржавого ведра...

*   *   *

Однажды из нас никого не останется.
Мы не успеем даже состариться:
Выпрыгнем, как пузырек из шипучки.
Вы нас уже ничему не научите:
Мы все попробовали и потрогали.
Вышли сюда же другими дорогами.
Не заблудились. Немного отстали,
Но это не повод учить нас. Отстаньте.
Мы делаем вид, будто нам это нравится.
Поймав удовольствие — надо пораниться.
Бог, в общем-то, добрый, а если и бьет он,
То надо помазаться — йодом ли, медом...

*   *   *

Свойство видеть насквозь — это сильное зло.
Кого-то оно достало, а других — довело.
Знать — это не значит быть умней и мудрей.
Голова — это горница без окон и без дверей.

Подбирая слова, ты ищешь собственный путь.
Представь, куда заведут такие, как «ну и пусть»,
«Бог с ним», «иди ты на...» Возьми перо и расставь
Запятые — следы пребывания в тех местах.

Если всмотреться в даль, то там — горизонт и дождь.
Та сторона опасней, пока ты не перейдешь
Улицу, все свои страхи оставив здесь.
Обнажившего душу можно просто раздеть.

Осеннее дачное

Это лето тоже прошло, как
И было предсказано. В диком гаме
На юг сбегающих птиц, прошлепай
По лужам резиновыми сапогами

В магазинчик, пока порывы
Ветра пытаются вывернуть зонтик
Наизнанку. Волны, как рыбы,
Плывут косяками на горизонте,

А здесь выбрасываются на берег
В песок тупыми мордами. В зиму
Озябшее тело еще не верит,
Бредя по пляжу из магазина...

*   *   *

Зима наползает, что твой ледник:
Сперва устанавливает лимит
На свет и тепло, но без меры льет
Воду — потом превратить ее в лед.

И там, где всякий мечтал в тени
Оказаться — теперь темнит
Вечер о том, что с утра видней,
И что там действительно мудреней.

Но, спрятав голову под зонтом,
Скажем спасибо небу за то,
Что было и что еще, может быть,
Будет — стоит о нем забыть...

Комарово

Здесь каждый камень ветром оглажен.
Песок утекает вниз
С обрыва, и берег мог зваться пляжем,
Не будь он так каменист.

А так — лишь водоросли, источая
Зловоние тут рядком
Лежат, и бродят люди, скучая
Не хочется знать по ком.

И ты, если вдуматься, с ними в ногу
Тащишься вдоль воды,
Которая сзади, выждав немного,
Стирает твои следы...

Воспоминание о будущем октябре

Осень нужно встречать в тепле,
У огня, завернувшись в плед,
С чашкой чая или с вином
И своим отражением в нем,

А не там, за окном, где свет
Не по дням — по часам на нет
Сходит, и сколько его ни жги,
А к восьми не видать ни зги.

Здесь до сих пор помогает жить
Телевизор; и жизнь бежит
Под мерцание и бубнеж.
Снизу слякоть, а сверху дождь.

Тридцатая вода

Эта осень несет тебе грусть в горсти.
Не говори «прости», чтобы обрести
То, что потеряно: тридцать раз утекло
Сквозь пальцы время, выпив из них тепло.

В моем саду, как в голодные годы, разбит
Огород. Пасмурным утром солнце проспит
И меня не разбудит, но я никуда не спешу,
А заданный на дом стих все равно спишу

Из неизданной книжки, сожженного черновика...
Строка прогрызет с настырностью червяка
Ход в голове, как в яблоке. Плод созрел,
А у Вильгельма Телля нет больше стрел...

Точки над «И»

Ты чувствуешь, как это нарастает
Внутри — ни в коем разе не украдкою,
А в полный рост — пытается расставить
Над «И» фигульки, превратив их в краткие.

Тебе приятна эта закругленность
Дел, ныне превратившихся в архивные,
Но поздняя случайная влюбленность
Не объяснима с точки зренья химии...

Наверно, только осень все запутает
Так, что придется браться мне за ножницы...
Душа слаба: когда туда зовут ее —
Остаться здесь нет никакой возможности...



... Я змея, ледяная на ощуп ... 
... Незабудки, стихи мои ... 
... Проза не даст соврать ... 
... Я смеюсь - но так безрадостно ... 
... что осталось теперь от моих гостей? ... 
... мой дом такой же карточный - такой же ... 
... Сменю прическу - и начну с начала ... 
... Говорить о погоде ... 
... Слушать - вполголоса подпевать ... 

© Лена Шмарцева aka LenaS