Порция вторая

Скоро еще одна весна

Иногда случается: снег идет
И ложится на душу толстым слоем,
И следит сквозь облачность с неба тот,
Кто всегда добром объясняет злое.

И когда сжимается до снежка
Вся тоска твоя, нависает гроздью
Над душой — ты тоже исподтишка
То молитву шепчешь ему, то просьбу...

Нам с тобою вместе еще сложней,
Чем поодаль, порознь. Ты не хочешь
Попытаться вырваться из клешней
Этой вечной черной морозной ночи?..

Реальная виртуальность

Мне ничуть не легче, чем без тебя.
У меня, наверное, третий путь.
Или как там выспреннее? — стезя.
Пожеланье пишущему типун

На язык — нелепо теперь вдвойне:
Мне вполне достаточно промолчать.
Между нами — быть ледяной войне.
Я уже сто лет не входила в чат,

Не вела беседы, в которой знак
Препинания не важней, чем пробел.
Если лето кончилось, — как узнать,
Кто провел в трудах его, кто пропел?

Первое марта

Ты веришь, что ветер стихнет? Что уляжется весь снег?
Что самый тоскливый стих мой — и тот взывает к весне?
Что тянется он — не как стебель, но как коралл, как кристалл:
Когда не стало растений, он тоже жить перестал...

А веришь ли, что он станет памятником? — твоя
Вера, ее б устами — да памятники ваять
Нерукотворные, тропы протаптывать сквозь бурьян
Да рассыпать остроты, словно корм воробьям...

За летом приходит осень, за осенью вновь зима.
Жизнь, пока не попросим, не даст ничего сама.
Бывает — взвоешь, бывает — взываешь, но написать
Стих нельзя, уповая только на небеса...

Моя героиня

Моя героиня верит в какой-то бред.
Ее воистину создал христианский бог:
Разума у нее не более, чем в ребре,
А ее мужчины чуть что хватают себя за бок.

Она не читает книжек, почти совсем,
Хотя мечтает в тайне писать роман.
Жизнь ее, словно улица: в ней не хватает стен
И надо смотреть все время по сторонам.

Я ее убивала: то пытаясь душить
Своими руками, то махнув ими: «Шут
С тобой!» — а она смотрит сквозь, отвечает «Шит!»
И ждет, когда я опять про нее напишу.

Поэзия опять умирает

Нас стало еще меньше.
Мы еще больше смешаны
С пустотой. Ни один из нас
Не создал из этого бизнес.

Но и не все потеряно.
Жаль, не хватает термина
Или просто созвучия:
Слишком уж не изучено

То, что я сочинила.
Были слова неслышными,
А теперь и чернила
Делаются излишними...

В огороде — камень

Не трудись, не моли бога
за павших и просто канувших,
потому что за пазухой у любого
был хоть маленький камушек,

потому что и сам ты, ко мне
любезный во всех отношениях, —
продавец и носитель камней
запазушных и нашейных,

потому что мы до конца
дошли уж и сами канем,
и не верится, что коса
смерти найдет на камень...

Колыбельная восьмого марта

Ты говоришь, что все пройдет,
что не будет болеть,
достаточно лишь подуть.
Ты мне рассказываешь про тот
сон, в котором сто лет
прошло — и еще пройдут.

Я растворяюсь в твоих словах
я превращаюсь в обрывок сна —
отвернись, не смотри...
Слезы глотаешь потом, сломав
игрушку любимую и узнав,
что у нее внутри.

Прошлогодние листья

Меня догоняют листья
Из прошлой осени. Цвет их
Абсолютно землистый,
И так давно уже с веток

Сорвало, что ни они, ни
Я и не вспомним, сытые
По горло — как это: инеем
Наждачным все не усыпано...

...Листья лежат под снегом
Толстой бурой подстилкой.
Они попрощались с небом,
И небо им все простило...

Суп с котом

Жизнь меня не доела,
Оставила на потом.
Знаешь как надоело
То ли в супе с котом
Быть главным ингредиентом,
То ли в соку своем
Вариться?.. Моей диетой
Не наешься вдвоем...

Я становлюсь похожа
На собственный (ну а чей?!)
Труп, обтянутый кожей.
Вещью среди вещей.
Сердце — обычный камень
Между других камней.
Я — приманка в капкане,
Не подходи ко мне...

Болезненные фантазии

Болезненность иных фантазий
Не лечится здоровым сном.
Она не тонет в унитазе
И управляет естеством.
Стучит в артериях: «Впустите!» —
И отвечаешь ей: «Войди...»
И входит внутрь, и вносит в сите
Ведро рифмованной воды...

Под утро этот жар проходит
И оставляет лишь озноб.
На душу опустившись, холод
Толчками ветра валит с ног.
И время, отступая, павших
Не подбирает никогда.
И остается нараспашку
Дверь ниоткуда в никуда...

Вариант «B»

Я отдала на реставрацию
Свою любовь. Мы никогда
Не будем больше расставаться,
Не будем больше никуда

Срываться. Согласись, цена ли
Былых и будущих потерь —
Переписать с нуля сценарий
В соавторстве с тобой теперь?

Мне так хотелось подвизаться
На этой сцене, что — держись!
Ведь я свои импровизации
Готовила почти всю жизнь...

В ожидании равноденствия

Весна еще скрутит всех нас в бараний рог.
Напомнит старый, преподнесет новый урок.
Выжмет сок, терзая, как прошлогодний фрукт.
Но всем это нравится, если они не врут.

Если они еще не расхотели хотеть.
Если их мир стоит хоть на одном ките,
И — ни дна, ни покрышки. Так теряешь резон
Убегать от себя, скрываться за горизонт.

Глядя на солнце, видно прямо с утра,
Что оно на полградуса выше, чем было вчера,
И мокрый снег, почти перешедший в дождь,
Идет за тобой, куда ты там ни пойдешь.

Стоянка в пустыне

В голове у меня все так путается, что извлечь
Наружу сложней, чем туда вместить.
Этот предмет вообще давно напрашивается с плеч.
Не пришло ли время перевести

Стрелки? сменить пластинку? поставить с ног
На голову? перевернуть вверх дном?
Мир не пошатнется оттого, что кто-то не смог
Вырастить дерево, сына, построить дом...

Впереди, куда ни пойди, — один горизонт,
И ни указателя в поле нет, ни в планшетке карт.
И когда ты поймешь, что тебе больше не повезет,
То останется только идти на закат.

Три погибели

Весна бывает не каждый год,
И утро — не каждый день...
И выживаешь — не на живот,
А насмерть... Живешь — нигде,

Ни с кем... И тень, за тобой ползя,
В себе не неся угроз,
Однажды, не зная, что так нельзя,
Поднимется в полный рост...

И в этом хрестоматийном «вдруг» —
Все, что ты принес с собой:
Ты сам себе и палач — и труп,
И анальгин — и боль...

Начать с конца

Мы не начнем сначала: незачем.
Жизнь — кошелек: темно и тесно.
А мы — горстка звенящей мелочи.
Даже те, из другого теста.

И если к нам проникает лучик
Света, то с ним непременно пальцы
Приходят и начинают копаться,
И выбирают, конечно, лучших.

От них не спрятаться, не забиться
За шов. Ты можешь иметь амбиции,
Но котировка разменной пешки
Написана у тебя на решке...

Честное слово

И понимаешь, что продолжать
Не то что не хочется — нету сил,
Но тот, кто сок из тебя дожать
Взялся, а можно ли — не спросил.

И ты, летающая — лежишь,
И большего от тебя не ждут.
И только пульс почему-то жив,
Хотя тоска превратилась в жгут.

В тебе остался еще заряд,
Чтоб бросить этот напрасный труд.
И пусть другие не говорят,
Что никогда-никогда не врут...

Возвращение к жизни

Весна растапливает снежные шапки
и сносит крыши. Коты и шавки
и прочая городская живность
чувствуют легкую одержимость...

Речь обретает ритмичность. Слово
за слово — это тоже условие
разморозки. Воскресну уже не я:
уж больно резкими стали движения.

Время не просто бежит быстрее:
март обретает черты апреля,
пытается таять — и леденеет.
Но путь обратно всегда длиннее.

Временное жилье

Ты изменишься. Ты уже не совсем
Та, что вчера, что считывала со стен
Объявления о сдаче жилья в наем
И мечтала о том, как хорошо вдвоем.

Но жила одна. Типа был договор
С кем-то потусторонним. Выносила во двор
Мусор в черном мешке: это был старый дом,
И на верхний этаж ты забиралась с трудом.

Проезжая мимо, кажется иногда,
Будто не проходили все эти года,
Будто ты все еще обитаешь там,
И надо бы расплатиться по всем счетам...

Речь о кофейной гуще

Мне теперь уже никогда
Не случиться с тобой. В моем
Случае будущее угадать
Можно лишь погадав на нем,

На его черной гуще, но для
Этого надо допить сперва.
Зря мне были даны права
Из судьбы своей удалять

Людей. Мой кофе совсем остыл,
В гуще на дне мне видится лишь
Гуща. В горящих мостах — мосты,
Которые ты уже не спалишь...

Идеальный черновик

Совсем ничего не осталось, и это тоже
Сотрется, и чистый лист, как апофеоз
Свободы слова, будет лежать, похожий
На черновик, который не довелось

До ума довести: дорога петляла мимо.
И я сказать провожающему «Зайди»
Забыла как-то. Все, что непоправимо,
В конце концов останется позади.

И можно уняться. Отдохнуть от постройки
Планов. Не натачивать карандаш
И не вынуждать бумагу терпеть те строки,
Которыми ничего никому не дашь...



... Я змея, ледяная на ощуп ... 
... Незабудки, стихи мои ... 
... Проза не даст соврать ... 
... Я смеюсь - но так безрадостно ... 
... что осталось теперь от моих гостей? ... 
... мой дом такой же карточный - такой же ... 
... Сменю прическу - и начну с начала ... 
... Говорить о погоде ... 
... Слушать - вполголоса подпевать ... 

© Лена Шмарцева aka LenaS